Александр Добровинский: Если бы не Пашаев, Ефремов вышел бы из тюрьмы через два года — igryzone.ru
Прокуратура запросила 11 лет лишения свободы в колонии общего режима для Михаила Ефремова. Такого никто не ожидал. Даже адвокат потерпевших Добровинский. Почему так много, и что означало его «последнее слово» в суде, комментирует Александр Добровинский.
– Александр Андреевич, в своем последнем слове Михаил Ефремов по вам проехался. В том смысле, что вы устроили шоу из суда, что приезжали туда на самокате и так далее. Что скажете?
– Ну, это забавно было. И смешно. Почему-то в последнем слове, когда решается твоя судьба, он, как весь процесс говорил обо мне, так и сейчас сказал. Михаил Ефремов, вообще, фантазер большой. Не знаю, зачем он сказал, что я учился у Герасимова и Макаровой на актерском факультете, и стал хорошим актером.
– Сказал. А это не так?
– Я никогда не учился ни у Герасимова, ни у Макаровой. Я учился на экономическом факультете. Понимаете, они сосредоточились не на том, чтобы защитить Ефремова, а на том, чтобы выиграть у меня. И это была большая, большая ошибка. Потому что я сосредоточился на деле.
– Как так получилось, что сначала Ефремов признавал вину, а потом отказался?
– Видимо, ему так его адвокат насоветовал. Но с правосудием не шутят. А в последнем слове он сказал: «Ну, если я виноват, так я признАю…» Это шутка такая? Это как вообще? Нет такой формулировки. Это не признание вины. И в итоге он ее не признает, конечно. Это какое-то глумление. Лучше бы он этого не делал.
– Все-таки никто не ожидал, что прокуратура запросит 11 лет зоны для Ефремова. Это кровожадно. Вам его не жалко?
– Нет. А то, что 11 лет… Со стороны Ефремова были лжесвидетели. Понимаете, нельзя обманывать суд. Нельзя и точка. Потому что потом и вылезет вот такой большой срок. Но я не думаю, что дадут 11 лет. Думаю, что будет от 7 до 10 лет, что тоже много, кстати. Но нельзя было приводить людей, которые говорили несусветное. И когда это все вылезло наружу, стало все намного хуже. Ведь Ефремов сказал, что «если я виноват, то уж признАю», когда был уже приперт к стене. А до этого, пытаясь вылезти из очевидной ситуации, он не сознавался. И все эти дурацкие уловки с Бадасянами, с «черными дырами», «ядом из кондиционера» и инсультом, которого не было (мы читали анамнез) – это, конечно, все сказалось на запрошенном наказании. Мало того, мы нашли в другом деле Пашаева точно такой же прием с «инсультом».
-
Михаил Ефремов: 11 лет колонии – смертный приговор для меня
– А если бы этих уловок не было?
– Если бы Ефремова защищал не Пашаев, и если бы с самого начала он пришел и признал свою вину, то прокуратура бы запросила максимум 5-6 лет – причем поселения. Суд дал бы пять, и Ефремов вышел бы через два года героем. И что мы видим вместо этого?